Вы здесь

Роль знакомых в жизни

Из книги Мэг Джей "Важные годы"

По мнению Грановеттера, не все взаимоотношения равны. Одни связи слабые, другие – сильные, причем сила эта возрастает по мере накопления опыта. Чем дольше мы общаемся с тем или иным человеком, тем прочнее становится наша с ним связь, поскольку у нас формируются общие опыт и убеждения. В детстве сильные связи у нас возникают с членами семьи и близкими друзьями. В возрасте от двадцати до тридцати лет круг таких связей расширяется за счет членов городских сообществ, соседей по комнате, спутников жизни и других близких друзей.
Слабые связи – это люди, с которыми мы так или иначе встречаемся или поддерживаем контакты, но не знакомы достаточно близко. Это могут быть коллеги или соседи, с которыми только здороваемся. У каждого из нас есть знакомые, с которыми мы планируем встретиться как-нибудь за ужином, но так и не делаем этого, или старые друзья, с которыми давно потеряна связь. Слабые связи – это и бывшие работодатели, преподаватели и другие люди, так и не ставшие нашими близкими друзьями.
Но почему одни люди становятся членами нашего ближайшего круга, а другие – нет? Столетие исследований в области социологии, а также тысячи лет западной мысли говорят о том, что сходство порождает дружбу[35]. «Рыбак рыбака видит издалека» по причине гемофильности, или любви к одному и тому же. В самых разных ситуациях, от школьного двора до совета директоров, люди чаще всего строят близкие отношения с теми, кто похож на них самих. В итоге формируется кластер сильных связей (такой как городское сообщество или онлайновая социальная сеть), который превращается, как правило, в сплоченную группу, не допускающую внешних связей, по сути – в однородный клан[36].
Здесь стоит упомянуть о том, что социолог Роуз Козер назвала «слабостью сильных связей», и о том, как наши близкие друзья сдерживают наше развитие[37]. Сильные связи кажутся нам удобными и хорошо знакомыми, но, кроме поддержки, им нечего нам предложить. Как правило, люди, с которыми у нас формируются тесные отношения, слишком похожи друг на друга (даже в том, что они остановились на одном уровне развития), чтобы предложить нечто большее, чем сострадание. Зачастую они располагают той же информацией о работе или отношениях, что и мы сами.
Слабые связи носят совсем другой характер, и иногда люди, с которыми мы поддерживаем такие контакты, в буквальном смысле находятся слишком далеко, чтобы стать нашими близкими друзьями. Поскольку они не принадлежат к замкнутому кластеру наших близких друзей и знакомых, они открывают нам доступ к чему-то новому. У них есть опыт, которого нет у нас. Они знают людей, с которыми мы не знакомы. Информация и возможности передаются по слабым связям гораздо быстрее, чем через близких друзей, поскольку у людей со слабыми связями меньше общих контактов. Слабые связи напоминают мост, конца которого не видно, а значит, неизвестно, куда он может привести.
Важно не только то, кого и что знают окружающие нас люди, но и то, как именно мы с ними общаемся. Поскольку люди, входящие в состав сплоченных групп, очень похожи друг на друга, они используют простой способ кодированной коммуникации, который обозначается термином «ограниченный языковой код»[38]. В узком кругу экономичный, но неполный ограниченный код позволяет использовать разговорные выражения и сокращения, для того чтобы сказать больше с помощью меньшего числа слов. Все составители рекламных текстов знают, что сокращение FTW означает for the win («за победу»), точно так же как все бизнесмены знают, что JIT расшифровывается как just in time («точно вовремя»).
Однако членов сплоченной группы объединяет и нечто большее, чем сленг и словарь. Их объединяют также представления друг о друге и окружающем мире. Возможно, они учились в одной школе или имеют одинаковое мнение о том, что такое любовь. Скорее всего, все люди, с которыми у нас есть сильные связи, смотрят или слушают программы Гленна Бека, Рейчел Мэддоу или Стивена Кольбера (или решительно отказываются все это смотреть и слушать). Каким бы ни был конкретный источник сходства между членами одной группы, общение с ними может ограничивающее влиять на то, кого и что мы знаем, с кем общаемся и как, по большому счету, мы мыслим.
С другой стороны, слабые связи стимулируют нас общаться с другими людьми с позиции несходства и использовать при этом способ коммуникации под названием «расширенный языковой код». В отличие от ограниченного кода, предполагающего наличие сходства между говорящим и слушающим, расширенный код не требует, чтобы слушающий думал так же или знал ту же информацию. Когда мы контактируем с малознакомыми людьми, нам приходится говорить более обстоятельно, а это требует более четкой самоорганизации и более глубоких размышлений. В итоге мы употребляем меньше избитых фраз, а наши предложения реже остаются неоконченными. Когда мы делимся с такими людьми своими идеями по поводу карьеры или мыслями о любви, нам приходится формулировать все гораздо четче. Так слабые связи активизируют, а порой даже форсируют продуманный процесс развития и изменений.
Когда я советую молодым людям двадцати с лишним лет использовать силу слабых связей, я часто встречаю довольно сильное сопротивление с их стороны. «Я не люблю заводить полезные контакты», «Я сам хочу найти работу» или «Это не мой стиль» – такова их типичная реакция. Я принимаю подобную точку зрения, но все равно, когда мы ищем новую работу, или вторую половину, или возможности другого рода, именно люди, с которыми мы едва знакомы, способны коренным образом изменить ситуацию к лучшему. Все новое почти всегда приходит из-за пределов нашего внутреннего круга. А молодые люди в возрасте от двадцати до тридцати лет, не использующие слабые связи, отстают в жизни от тех своих сверстников, которые используют.
Думаю, иногда люди рассуждают так: «Я не знаю никого, а все остальные знают». Но они были бы удивлены, осознав, сколько неиспользованных ресурсов имеется в их распоряжении. Контакты с выпускниками того же колледжа и средней школы могут оказаться весьма полезными. Даже если нет официальной сети колледжа или школы, вы можете просмотреть соответствующую страницу в Facebook или LinkedIn. Если там найдется человек, который делает то же, чем хотите заняться и вы, позвоните ему или напишите электронное письмо и попросите устроить вам «информационное собеседование». Именно так в конечном счете поступают все.
Большинство молодых людей двадцати с лишним лет испытывают острую потребность в чувстве общности, поэтому тщательно оберегают свои сильные связи, для того чтобы еще больше укрепить это чувство. Как ни парадоксально, но на самом деле слишком тесное общение с членами группы способно усилить ощущение отчужденности, поскольку мы (как и наш «клан») становимся замкнутыми и обособленными. Со временем наше ощущение принадлежности к группе превращается в ощущение оторванности от окружающего мира.
Истинная взаимосвязь между людьми – это не возможность написать текстовое сообщение лучшим друзьям в час ночи, а шанс установить контакт с малознакомыми людьми, которые смогут изменить нашу жизнь к лучшему, хотя и не обязаны это делать. При наличии вероятности получить помощь, используя такие слабые связи, окружающие нас сообщества кажутся менее обезличенными и неприступными. И весь окружающий мир становится для нас более доступным. Чем больше мы знаем о том, как все работает, тем сильнее ощущаем себя частью этого.
А начинается все со способности расположить к себе другого человека. «Тот, кто однажды сделал вам добро, охотнее снова поможет вам, чем тот, кому вы сами помогли». Нам кажется, что если люди испытывают к нам симпатию, то они будут оказывать нам услуги, поскольку именно так и происходит в городских сообществах. Но последующие эмпирические исследования говорят о том, что в случае с малознакомыми людьми все обстоит иначе. Такие люди начинают испытывать к нам симпатию, только когда сами сделают нам какое-то одолжение. После этого они готовы оказывать нам и другие услуги.
Добрые поступки совершать приятно[41]. Когда человек проявляет великодушие, у него возникает чувство, которое называют «удовольствием помощника»[42]. В ходе многочисленных исследований была установлена непосредственная связь между альтруизмом и счастьем, здоровьем и долголетием, – но только при условии, что помощь, которую мы оказываем другому человеку, не становится ему в тягость. Большинство людей помнят о том, как в самом начале жизненного пути им помог кто-то из тех, кто уже добился определенных успехов. В связи с этим у благожелательности по отношению к молодым людям после двадцати есть обратная сторона. Помощь другим – один из неотъемлемых элементов зрелости[43], поэтому двадцатилетние юноши и девушки, обращаясь к малознакомым людям за помощью, дают им возможность совершить хороший поступок и испытать удовольствие от этого, – если только то, о чем их просят, не выходит за рамки разумного.
Давайте обсудим этот момент.
Когда вы просите людей, с которыми поддерживаете слабые связи, дать вам рекомендации, высказать свои предложения, познакомить с кем-то или провести хорошо продуманное информационное собеседование, я рекомендую вам придерживаться того же подхода: пробудите интерес к себе. Продемонстрируйте свою адекватность. Проведите необходимую подготовительную работу для того, чтобы точно знать, что вам нужно или к чему вы стремитесь. А затем вежливо попросите об этом. Некоторые из тех, к кому вы обратитесь с просьбой, ответят вам отказом. Однако многие согласятся выполнить ее. Самый быстрый путь к чему-то новому – это один телефонный звонок, одно электронное письмо, одна посылка с книгами, одна услуга, одна вечеринка в честь тридцатилетия.
Исследования показывают, что во взрослой жизни сеть социальных контактов сужается, поскольку карьера и семейная жизнь делают людей более занятыми[44]. Именно поэтому, даже если мы часто меняем работу, переезжаем с места на место, живем с разными людьми и проводим много времени на вечеринках – это самое подходящее время для налаживания полезных связей, причем не только с теми, кто тоже говорит о том, что у них плохая работа или что в мире не осталось хороших людей, но и с теми, кто воспринимает все несколько иначе. Слабые связи – это контакты с теми людьми, которые помогут вам улучшить свою жизнь прямо сейчас (и будут делать это снова и снова в предстоящие годы), если только вы возьмете на себя смелость разобраться, чего вы на самом деле хотите.